В нашем Музее в учебном зале есть вот такой душевный портрет Евдокии Николаевны Рукавишниковой с внучкой. Благодаря Евдокии Николаевне в Феодосии на мысе Святого Ильи был построен маяк. Мы часто рассказываем эту историю. Но не только этим была известна Евдокия Николаевна - в своем доме в Москве на Большой Никитской она создала частную хирургическую лечебницу, известную всей Москве.
Евдокия Николаевна Рукавишникова (1849-1921), в девичестве Мамонтова, была родной сестрой Веры Николаевны Третьяковой. Ее муж - Константин Васильевич Рукавишников, известный предприниматель, московский городской голова, попечитель Рукавишниковского исправительного приюта, основанного его братом Николаем Васильевичем.
В 1904 году, во время войны с Японией Рукавишниковы откликнулись на призыв Городского Управления и устроили в своем доме на Большой Никитской хирургический лазарет. Лазарет занял весь второй этаж, в нем легко размещалось 20 человек.
В лазарете начал работать известный хирург Петр Иванович Постников, который был дружен с Рукавишниковыми – его в молодые годы поддерживали родители Константина Васильевича.
«Мы – жена моего брата, сестры мои и я – сколько могли, помогали матери, она же совершенно естественно стала в лазарете своем "старшей сестрой", - вспоминала дочь Евдокии Николаевны, Евдокия Константиновна Дмитриевна. «Она очень скоро освоилась с этим, совсем для нее новым делом, так толково взялась за него. Прежде всего "дежурный врач" осматривал больного, она сама записывала раненого в книгу: имя, отчество, фамилию, возраст, откуда родом, когда попал на войну, где ранен, какова рана, кто из молодых врачей взял раненого на свое попечение, как нашел положение его дежурный врач».
Было налажено питание, кормили вкусно и сытно, все были довольны. Дети и внуки Евдокии Николаевны читали вслух или рассказывали что-нибудь интересное, писали письма раненым под их диктовку, играли в разные игры. А самые маленькие очень полюбили "угощать" солдат - приходили с пакетами и коробками.
Ну а вечером было много музыки – Рукавишниковы играли на старинном органе. Особенно раненым нравились мазурка и полонез из "Ивана Сусанина" Глинки, а также марш из оперы Гуно "Фауст". А однажды решили сыграть квартет П.И. Чайковского. И вдруг на место 1-ой скрипки села их "лазаретная старшая сестра" в своем халате и косынке. Как же все удивились!
«Как кончилась война с Японией и более не нужен стал "лазарет", внимая просьбе врачей не разорять его, мать моя сама стала думать, что все созданное нельзя было не продолжать, чтобы помогать людям в трудные минуты жизни!», - вспоминала дочь Евдокии Николаевны.
И у входной двери особняка на Большой Никитской появилась маленькая черного мрамора дощечка, на которой было позолоченными буквами написано: «Хирургическая лечебница Е.Н.Рукавишниковой».
Лечебницу возглавляли известные хирурги того времени: Владимир Николаевич Розанов, который заведовал хирургическим отделением в Солдатенковской больнице (ныне - больнице им. С. П. Боткина) и Петр Александровичем Герцен, внук знаменитого писателя. В лечебнице можно было сделать любую операцию, в любое время дня и ночи. Вскоре для лечебницы пришлось выделить помещения и на первом этаже, а впоследствии и соорудить отдельную пристройку.
Евдокия Николаевна приняла на себя заведование всеми делами, присутствовала на операциях, помогала врачам, подбадривала пациентов: «вот-вот конец операции», «еще минутку терпения».
В Первую мировую войну в лечебнице опять был развернут госпиталь. Воины, видимо, узнавая друг от друга, требовали, чтобы на операции присутствовал «главная сестра», как они ее называли – она приносит счастье! И врачи ей доверяли. Кто остался на дежурстве? «Евдокия Николаевна и телефоны!»
«Начиная с самой устроительницы, всеми уважаемой, любимой, доброй, отзывчивой женщины широкой натуры; многих ее помощников: фельдшериц, операционных и палатных сестер, нянюшек – всем оборудованием, обиходом, лечебница, став сразу "образцовой", была приятна и удобна для всяких пациентов», - писала в своих воспоминаниях Евдокия Константиновна Дмитриева.
Кроме платных пациентов, были и бесплатные пациенты, подход ко всем был одинаков. Евдокии Николаевне были ближе именно пациенты без средств, к ним она заходила чаще.
И всегда показывала пример. Могла преспокойно надеть галоши, подобрать свой халат и мыть пол в операционной вместе с помощницей перед сложнейшей операцией. Однажды так и приняла нового директора Рукавишниковского приюта, который пришел представляться.
«На деле, а не только на словах, она доказала, что человек, стоящий во главе, должен во всем подавать пример добросовестного отношения и искренней, настоящей работы», - писала ее дочь.
«Но от чего она отказалась – это быть как бы посредницей между доктором и его пациентом, в смысле материальном», - вспоминает ее дочь. Она считала, что ее не должно касаться, сколько кто из врачей получает от своих пациентов за операцию и тому подобное.
«Надо сказать, что лечебница никогда, ни минуты, не была "предприятием" – далеко до того!», - писала впоследствии ее дочь. Евдокия Николаевна вкладывала в свою больницу всю свою душу.
"Здесь устаешь физически, а душой отдыхаешь", - говорил Петр Александрович Герцен.
К 1916 году Евдокия Николаевна от всей лежащей на ней ответственности, забот и волнений стала уставать и задумалась, какая судьба ожидает лечебницу после нее. И она приняла решение передать ее городу. Но все произошло иначе - лечебница прекратила свое существование в 1918 году.
«Вдруг появились во дворе дома на Большой Никитской несколько грузовиков и решительно все вывезли: предъявленная бумажка, по которой действовали, была подписана доктором "Отраденским".
Вывезли не только оборудование лечебницы, но и все, что находилось в доме. Евдокии Николаевне оставили одну комнату с обстановкой. Но дом стоял нетопленый, и ей пришлось переехать к своей дочери. Умерла Евдокия Николаевна Рукавишникова 30 января 1921 года.
1 мая 1945 года Евдокии Константиновне, ее дочери, довелось побывать в родительском доме, где опять была больница – она навещала свою двоюродную сестру.
В настоящее время в особняке Рукавишниковых располагается посольство Мьянмы.
Потомки Евдокии Николаевны и наш Музей хранят память об этой удивительной, широкой натуры благотворительнице, "главной лазаретной сестре". Захотелось вспомнить о ней именно сегодня, в День медицинского работника.
Цит.: Е.К. Дмитриева. Воспоминания. Книга есть в нашем Музее.
На фотографиях - портрет Евдокии Николаевны Рукавишниковой, открытки с изображением особняка и лечебницы из фонда нашего Музея.
