27 ноября (9 декабря) исполняется 180 лет со дня рождения Николая Васильевича Рукавишникова (1845-1875) – выдающегося русского купца, благотворителя и подвижника.
Отец, Василий Никитич Рукавишников, купец 1-й гильдии, совладелец Алапаевских и Невьянских заводов, один из учредителей Московского купеческого банка, Общества Московско-Курской железной дороги и др. Мать, Елена Кузьминична (урожденная Веретенникова) занималась воспитанием троих сыновей и привила детям любовь к искусству.
Николай отучился один год на Физико-математическом факультете Московского университета, затем по указанию отца стал вольнослушателем в Петербургском горном институте. Племянница Н.В. Рукавишникова, Е.К. Дмитриева, писала: «Он был чужд всяких грубых увлечений, кутежей, как многие окружающие его студенты, он любил науку, музыку, хорошо играл на рояле, часто импровизировал. Его чистую нежную душу наполняли сочувствие ко всему страждущему, стремление прийти на помощь».
В 1864 году Общество распространения полезных книг по инициативе его председательницы А.Н. Стрекаловой учредило исправительную школу для малолетних детей, «…состоящих под следствием или судом, подлежащих отдаче на поруки или остающихся без надзора после суда над ними, а также для детей, занимающихся нищенством». С 1866 года сюда принимались также осужденные (приговоренные), и школа стала называться приютом. Это было первое в России исправительное учебно-воспитательное заведение для несовершеннолетних.
В 1870 году Н.В. Рукавишников попал на публичную лекцию директора приюта, видного юриста, профессора М.Н. Капустина. Лекция оказалась для Николая судьбоносной. В том же году он сменил Капустина на посту директора приюта.
Когда Н.В. Рукавишников вступил в должность, денег с трудом хватало на самое основное, а с дисциплиной были большие проблемы. Под руководством Николая Васильевича приют расширился, получил новое помещение, а главное – изменился подход к перевоспитанию содержащихся в нем мальчиков.
Николай Васильевич четко организовал главные составляющие исправительного процесса – труд, учебу и отдых детей, – а также привлек к приюту внимание широкой общественности. Благодаря этому количество частных пожертвований и пособий от разных учреждений возросло в разы, а число воспитанников увеличилось почти вдвое. Сам он также вкладывал в учебное заведение немалые средства: на свои деньги наладил работу сапожной, переплетной, портняжной, столярной и ранее существовавшей брошюровочной мастерских. Вскоре мастерские начали получать выгодные заказы.
Николай Васильевич вкладывал в работу приюта время, силы и любовь, создав атмосферу заботы и доброжелательности, и дети были к нему очень привязаны. В программе приюта были подвижные игры, совместные экскурсии с осмотром достопримечательностей Москвы, выставок, соборов, музеев. В первом ежегодном отчете Рукавишников писал: «…приют имеет целью исправлять малолетних преступников», а также «…приучать их сознавать полезным честный труд, сделать хорошими гражданами, для чего со стороны приютского управления требуется не строгость или наказание, а мера исправления воспитанников мягким с ними обращением, сострадание к ним и поощрение их на доброе дело». Впоследствии выпускникам приюта помогали найти работу и устроить дальнейшую жизнь.
Николай Васильевич привлек к участию в делах приюта всех членов семьи, даже отца, который первоначально был против участия сына в этом деле. Дни рождения и именины отмечали в приюте, а «в дни Рождества и Пасхи мальчики приходили в родительский дом, где за большими столами, накрытыми по-праздничному, они получали хорошее угощение. Родители и домашние христосовались со всеми и принимали их с сердечной лаской и гостеприимством». В 1873 году с высочайшего соизволения императора Александра II приюту было присвоено наименование «Рукавишниковский».
Николай Васильевич скончался рано, дожив лишь до 29 лет. Во время прогулки с воспитанниками по Воробьевым горам он простудился и заболел воспалением легких. Умер благотворитель 8 августа 1875 года и был похоронен на кладбище Новодевичьего монастыря.
Хотя Н.В. Рукавишников руководил приютом около пяти лет, ему удалось создать образцовое учреждение, результаты работы которого впечатляли: 90% его воспитанников никогда не возвращались к преступной деятельности. Приют получил заслуженную славу не только в России, но и за рубежом. Еще при жизни Николая Васильевича видный протестантский проповедник, декан Вестминстерского аббатства Артур Стенли посетил приют и затем в посвященной Рукавишникову речи сказал, что ему при жизни довелось увидеть святого.
После смерти Николая Васильевича его братья, Иван и Константин, пожертвовали 120 тысяч рублей на покупку дома для приюта и 30 тысяч рублей на строительство церкви. Приют был передан Московскому общественному управлению, а попечителем и главным жертвователем приюта стал Константин Васильевич Рукавишников – гласный Московской городской думы, московский городской голова (1893-1897), крупный финансист и хозяйственник.
На проходившем в Риме конгрессе европейских исправительных заведений 1885 года Московскому приюту присудили высшую награду, и Константин Васильевич был растроган до слез, когда в галерее «Выдающиеся люди XIX века» ему показали белый мраморный бюст его брата, Николая Васильевича, с надписью «Первый гуманист мира» и словами Стенли.
А в нашем Музее до сих пор хранятся добротные деревянные шкаф и комод – изделия, выполненные учениками Рукавишниковского приюта.
Фотографии из фонда нашего Музея.
