«К нам приходят будущие экспонаты»
Лев Николаевич Краснопевцев оздоравливает историю. Он - хранитель Музея российских меценатов и благотворителей (ул. Донская, 9). Несмотря на мизерную экспозиционную площадь, этот музей - одно из самых мобильных культурных учреждений столицы. Речь не только об идущих одна за другой экскурсиях школьников и студентов. И не о постоянно пополняемой экспозиции. В музей то и дело являются будущие экспонаты.
- Лев Николаевич, расскажите о приобщении к оживляемой вами истории.
- Я москвич, родился в 1930 году. Окончил исторический факультет МГУ. Изучая российскую историю, я пришел к выводу, что Октябрьская революция является трагической ошибкой, прервавшей естественный ход развития страны. Попытки озвучить этот вывод привели к тому, что в год 40- летия этой революции, в 1957 году, я был арестован. На свободу вышел лишь через десять лет. После этого двадцать лет я историей официально не занимался, работал на заводе. В 1991 году получил возможность вернуться к прерванным занятиям.
- При этом вы несколько сузили масштаб своих научных устремлений - от ниспровержения Октября до меценатства?
- Что сузил - не думаю. Тема российского меценатства, теснейшим образом связанная с историей российского предпринимательства, - одна из актуальнейших. Это связующая нить истинно творческих элементов в нашей истории и в дне нынешнем. Кстати, до недавнего времени гораздо более масштабный интерес к таким фигурам российского предпринимательства и благотворительности, как Рябушинские, Морозовы, Сытины, Алексеевы, наблюдался со стороны зарубежных исследователей, чем отечественных. Такой интерес вполне оправдан. Сам облик нынешней Москвы сформировался усилиями этих и подобных им людей.
Они строили основные функциональные здания столицы, создавали в ней совершенную систему социальной помощи, собирались строить метро, делали колоссальные вклады в развитие образования, здравоохранения. Их роль в российской культуре в широком смысле приоткрывается только сейчас.
Взять хотя бы династию Гучковых, родоначальник которой, бывший крепостной Федор Алексеевич Гучков, основал в Москве в 1789 году первую мануфактуру. Николай Иванович Гучков, московский градоначальник, фактически ввел в столице всеобщее начальное образование. Трудно найти другую более актуальную фигуру для нынешней политической ситуации и, в частности, российского парламентаризма, чем председатель Госдумы, военный министр Временного правительства Александр Иванович Гучков, олицетворяющий тип жесткого реформатора.
Нынешние представители этих и многих других фамилий активно помогают музею. Приносят семейные архивы, документы, фотографии. Наконец, просто делятся воспоминаниями. В последнее время, к примеру, состоялись встречи с сыном Александра Ивановича Гучкова Андреем Александровичем. Он французский гражданин, специалист в области социальных взаимоотношений между трудом и капиталом. Теперь, выйдя на пенсию, разъезжает по всему миру в поисках следов деятельности отца. Побывал уже и в Китае, которому отец помогал противостоять закабалению западных стран, и в Южной Африке, где он сражался на стороне буров. Но, конечно, таких, как в Москве, следов Гучковых больше нигде нет.
Запомнилась и семейная встреча с представителями фамилии Варгиных, основатель которой построил Малый театр. Недавно в музее прошла и первая выставка, посвященная современному меценатству. Бытует мнение, что былое меценатство - явление качественно иного плана. Если меценатство - это безвозмездная и бескорыстная помощь, то современное спонсорство - важнейший элемент рекламы. То есть такой вклад, который может вернуться к вкладчику удесятеренным.
Со всей определенностью могу сказать, что и в нашей нынешней жизни меценатство играет все большую и большую роль. Какую? Узнать об этом у самих меценатов в отличие от спонсоров не всегда легко. У Третьякова, кстати, тоже было очень трудно выведать, куда он вкладывал свои капиталы, помимо всем известной галереи его имени. Это объяснялось не только личной скромностью, но и таким сугубо прагматичным обстоятельством, как коммерческая тайна. Лишь после его смерти, по архивным документам удалось установить его истинный вклад в российскую культуру. Лишь из завещания С.Мамонтова прояснились масштабы его вложений.
Сейчас меценатское движение набирает силу на самых разных уровнях. Мстислав Ростропович и Галина Вишневская вносят миллионы долларов в российскую медицину, основывают новые и оснащают новым оборудованием и лекарствами старые больницы, вкладывают средства в восстановление храма Христа Спасителя, поддерживают существование консерватории. Только в России ими основано два благотворительных фонда. Впечатляющий памятник современных меценатов - постоянно ими пополняемый Музей личных коллекций. Названия его отделов говорят сами за себя - зал Ильи Зильберштейна, зал Святослава Рихтера...
Активно подключается к меценатству и наш бизнес. Есть фирмы, тратящие огромные средства на общественные дела. Как и раньше, информацию о суммах этих затрат получить непросто, но по несколько иным причинам. Думаю, сейчас эта скромность объясняется прежде всего незащищенностью от преступного мира. Когда бизнесмены, как и все граждане, будут чувствовать себя в России в безопасности, этот вклад удвоится.
Беседу вел Александр ЛЮСЫЙ
ИСТОЧНИК: Газета "Культура" №18 (7129) 21 - 27 мая 1998 г.
- Лев Николаевич, расскажите о приобщении к оживляемой вами истории.
- Я москвич, родился в 1930 году. Окончил исторический факультет МГУ. Изучая российскую историю, я пришел к выводу, что Октябрьская революция является трагической ошибкой, прервавшей естественный ход развития страны. Попытки озвучить этот вывод привели к тому, что в год 40- летия этой революции, в 1957 году, я был арестован. На свободу вышел лишь через десять лет. После этого двадцать лет я историей официально не занимался, работал на заводе. В 1991 году получил возможность вернуться к прерванным занятиям.
- При этом вы несколько сузили масштаб своих научных устремлений - от ниспровержения Октября до меценатства?
- Что сузил - не думаю. Тема российского меценатства, теснейшим образом связанная с историей российского предпринимательства, - одна из актуальнейших. Это связующая нить истинно творческих элементов в нашей истории и в дне нынешнем. Кстати, до недавнего времени гораздо более масштабный интерес к таким фигурам российского предпринимательства и благотворительности, как Рябушинские, Морозовы, Сытины, Алексеевы, наблюдался со стороны зарубежных исследователей, чем отечественных. Такой интерес вполне оправдан. Сам облик нынешней Москвы сформировался усилиями этих и подобных им людей.
Они строили основные функциональные здания столицы, создавали в ней совершенную систему социальной помощи, собирались строить метро, делали колоссальные вклады в развитие образования, здравоохранения. Их роль в российской культуре в широком смысле приоткрывается только сейчас.
Взять хотя бы династию Гучковых, родоначальник которой, бывший крепостной Федор Алексеевич Гучков, основал в Москве в 1789 году первую мануфактуру. Николай Иванович Гучков, московский градоначальник, фактически ввел в столице всеобщее начальное образование. Трудно найти другую более актуальную фигуру для нынешней политической ситуации и, в частности, российского парламентаризма, чем председатель Госдумы, военный министр Временного правительства Александр Иванович Гучков, олицетворяющий тип жесткого реформатора.
Нынешние представители этих и многих других фамилий активно помогают музею. Приносят семейные архивы, документы, фотографии. Наконец, просто делятся воспоминаниями. В последнее время, к примеру, состоялись встречи с сыном Александра Ивановича Гучкова Андреем Александровичем. Он французский гражданин, специалист в области социальных взаимоотношений между трудом и капиталом. Теперь, выйдя на пенсию, разъезжает по всему миру в поисках следов деятельности отца. Побывал уже и в Китае, которому отец помогал противостоять закабалению западных стран, и в Южной Африке, где он сражался на стороне буров. Но, конечно, таких, как в Москве, следов Гучковых больше нигде нет.
Запомнилась и семейная встреча с представителями фамилии Варгиных, основатель которой построил Малый театр. Недавно в музее прошла и первая выставка, посвященная современному меценатству. Бытует мнение, что былое меценатство - явление качественно иного плана. Если меценатство - это безвозмездная и бескорыстная помощь, то современное спонсорство - важнейший элемент рекламы. То есть такой вклад, который может вернуться к вкладчику удесятеренным.
Со всей определенностью могу сказать, что и в нашей нынешней жизни меценатство играет все большую и большую роль. Какую? Узнать об этом у самих меценатов в отличие от спонсоров не всегда легко. У Третьякова, кстати, тоже было очень трудно выведать, куда он вкладывал свои капиталы, помимо всем известной галереи его имени. Это объяснялось не только личной скромностью, но и таким сугубо прагматичным обстоятельством, как коммерческая тайна. Лишь после его смерти, по архивным документам удалось установить его истинный вклад в российскую культуру. Лишь из завещания С.Мамонтова прояснились масштабы его вложений.
Сейчас меценатское движение набирает силу на самых разных уровнях. Мстислав Ростропович и Галина Вишневская вносят миллионы долларов в российскую медицину, основывают новые и оснащают новым оборудованием и лекарствами старые больницы, вкладывают средства в восстановление храма Христа Спасителя, поддерживают существование консерватории. Только в России ими основано два благотворительных фонда. Впечатляющий памятник современных меценатов - постоянно ими пополняемый Музей личных коллекций. Названия его отделов говорят сами за себя - зал Ильи Зильберштейна, зал Святослава Рихтера...
Активно подключается к меценатству и наш бизнес. Есть фирмы, тратящие огромные средства на общественные дела. Как и раньше, информацию о суммах этих затрат получить непросто, но по несколько иным причинам. Думаю, сейчас эта скромность объясняется прежде всего незащищенностью от преступного мира. Когда бизнесмены, как и все граждане, будут чувствовать себя в России в безопасности, этот вклад удвоится.
Беседу вел Александр ЛЮСЫЙ
ИСТОЧНИК: Газета "Культура" №18 (7129) 21 - 27 мая 1998 г.
